Итак.
Три истории трёх разных ребят, которые в один момент потеряли всё. В процессе жизни или при самом рождении.
Три PVP, три разных жизненных ситуации + четвёртая - дополнение.
Предупреждение: непростительно много смертей лиц второго, а то и десятого плана.
Я прошу тебя - дай мне три цвета,
Ими мир нарисую тебе.
Ими я нарисую и лето,
И закат в ярко алом огне.
Я разглажу листок А-4;
Белый – белый, как снег в январе…
Я подвешу его словно в тире,
Пригвоздив на иголки к стене.
Проведу пару линий я белым.
Этот цвет…пусть он будет добром.
Подпишу я рукою несмелой:
«Вечно белым всё быть не должно».
И поэтому чёрный подай-ка,
Грусть, презрение, страх и тоска…
Но и боль ведь в душе не хозяйка,
Никогда не приходит одна.
Чтоб закончить, возьму - ка я красный.
Чувства легче мне им описать,
Что рассудку отнюдь не подвластны,
И словами их не рассказать.
Вот, смотри же… Походу готово.
То, за что я взялась рисовать.
Пусть, конечно, оно и не ново…
Жаль, что белого там не видать.
Ими мир нарисую тебе.
Ими я нарисую и лето,
И закат в ярко алом огне.
Я разглажу листок А-4;
Белый – белый, как снег в январе…
Я подвешу его словно в тире,
Пригвоздив на иголки к стене.
Проведу пару линий я белым.
Этот цвет…пусть он будет добром.
Подпишу я рукою несмелой:
«Вечно белым всё быть не должно».
И поэтому чёрный подай-ка,
Грусть, презрение, страх и тоска…
Но и боль ведь в душе не хозяйка,
Никогда не приходит одна.
Чтоб закончить, возьму - ка я красный.
Чувства легче мне им описать,
Что рассудку отнюдь не подвластны,
И словами их не рассказать.
Вот, смотри же… Походу готово.
То, за что я взялась рисовать.
Пусть, конечно, оно и не ново…
Жаль, что белого там не видать.
цвет первый
«Цвет первый. Спи, чертёнок»
Нас было трое: я, Рей и Леон. Хотя. Нас было четверо: я, Рей, Леон и Маелз. Но обо всё по порядку.
•••
«Resistance» образовалась, когда нам было по 14. Мы собрались в школьной подсобке и объявили себя группой. У нас не было ни инструментов, ни песен, ни таланта. У нас не было денег. Это всему объяснение.
Так уж случилось, что из нас четверых только Леон был нужен родителям, но они погибли. Какая ирония, не правда ли?
Но, однажды, Рей раздобыл инструменты. Я даже не хотел думать, каким образом он это сделал. Я просто знал, каким. И вот после того, как мы выпили по бутылке пива за моё 15-летие, мы решили попробовать себя. Леон написал песню, а я взялся спеть её. Голос у меня, как я тогда думал, был неплохим.
Мы собрались в актовом зале. Мы пригласили всех. Пришла половина. К концу осталось несколько человек, и это был провал.
А после «концерта» к нам подвалили несколько ублюдков и отделали нас хорошенько.
-Это, чтобы вы знали своё место, пидоры,- крикнули они нам напоследок, и обвинить их в сквернословии было трудно. Мы действительно были пидорами.
Маелзу досталось больше всех, он был старше нас. И он попал в больницу.
В его отсутствие Леон написал ещё одну песню, и мы снова рискнули. Это был определённо меньший провал, но после него…
Мы упаковали инструменты, Рей болтал с какими-то девицами, которые ему были явно не интересны. Мы уже собирались уходить, как к нам подошли уже знакомые гады. Они не стали бить нас в этот раз, они просто разбили две гитары.
Мы все молчали, как вдруг, Рей упал на колени и зарыдал. Мы всё ещё молчали, Реё всё ещё трясся в моих руках.
«Мой милый Рей. Терпи, сейчас всё пройдёт».
Это же всего лишь гитара, Рей,- тихо сказал Леон и я раздражённо выдохнул.
-Всего лишь? Всего…лишь…гитара?- выкрикнул Рей. – Я из-за неё… Это был мой шанс!.. Ты не поймёшь,- столько отчаяния было в этом крике, что я просто зажал парню рот рукой.
Единственной мыслью было: «Такие, как мы, быстро взрослеют, не правда ли?»
Я отвёл Рея к себе домой, напоил его какой-то отравой, которую даже алкоголем не назовёшь, и он уснул. Я смотрел на его детские черты лица и улыбался. Из соседней комнаты изредка доносились какие-то звуки: звон стекла, хлопок вылетающей пробки, храп. Мои родители продали всё, ради выпивки. Они почти продали меня…
-Дэни, это твой новый хозяин,- заявил мне отец, как только я зашёл домой, и указал мне на невысокого уродливого мужика.
-Что?- я знал своих родителей и, в принципе, догадывался о таком повороте событий. – Я никому не буду принадлежать.
-Будешь. Как миленький будешь,- рыкнул он, и тогда, я впервые ударил отца. Сильно, наотмашь. Тот даже не устоял на ногах.
-Убирайтесь!- прошипел я, зло посмотрев в сторону незнакомца.
-Но как же..?
-Убирайтесь,- что есть сил крикнул я.
И, наверное, увидь я себя со стороны – испугался бы сам. Но отражение в зеркале спровоцировало только один вопрос: «Неужели человек в 15 лет может довести себя до такого?» Может. Ещё как может.
С тех пор мне стало особенно противно появляться дома. Порой я вообще не приходил сутками, но это никого и не волновало.
Позже уехал Маелз. Не сказал куда, зачем и почему. Просто исчез. Леон пытался порезать вены, но не смог. Придурок, даже умереть нормально не способен… Хотя у них там своя история, в которую вникать у меня совершенно не было желания.
Рей был бледнее тени, я старался оставаться максимально безразличным, Леон задумчиво кусал губы и пинал ни в чём не повинный мусорный бак. Это было уже много лет спустя. Целых десять. Мои родители, к счастью, скончались. Не выдержало сердце. У обоих. Хоть что-то в их жизни пусть будет трогательным. А что может быть трогательней в жизни, чем смерть?
Мы зависали у меня на квартире. Пили пиво и баловались винтом*. Леон был уже порядком в улёте. Предложи ему сейчас трахнуться с носителем СПИДа, он бы рассмеялся и начал раздеваться. Рей был скорее пьян, чем под кайфом. Его волосы были растрёпаны, его глаза пугали. Сумасшедшие, безумные. Зрачок практически не было видно. В последний раз такие глаза я видел у собаки при эпилепсии. Его джинсы съехали так, что было видно лобковые волосы. Его обтягивающая футболка с порезами на сосках намокла.
Рей стал блядью. И на это было тошно смотреть. Как его шлёпают по заднице, запускают руку в штаны, под которыми нет нижнего белья, и как по-блядски он улыбается в ответ на эти действия. Как вечером в баре он подходит к нам с Леоном с очередным уёбищем, облизывает губы и игривым тоном произносит: «Я пошёл, мальчики, на сегодня у меня программа поинтереснее» и, сверкнув лиловым засосом на шее, удаляется в обнимку с этим чмырём. С каких это пор, Рей, шлюхи для тебя интереснее друзей? «Друзей?» Я усмехнулся и предпочёл прервать поток ненужных мыслей.
Я был не из тех, кто зацикливается на прошлом. У меня не было постоянной работы, но у меня всегда были деньги. Это объяснялось просто – я был почти таким же, как Рей. Но в то же время это «почти» было неимоверным. Я продавался только тем, кто нравился мне. И кто предлагал допустимую цену. Иногда я подрабатывал диджеем, а иногда наигранно стонал под очередным ничего не умеющим клиентом. Хотя бывало и наоборот…
Однажды, я всё же не выдержал. Рей вернулся под утро, а левая сторона его лица была вся в крови. Остался шрам. Я нашёл того, кто это сделал, и избил его. Мимо проезжала ментовка, конечно, когда им надо – они видят всё. Я не знаю, то ли избитый мною парень слишком сильно испугался, то ли просто дурак, но писать заявления он не стал, сказав, что сам напросился. Меня загребли на десять суток. Никто ко мне не приходил в течение этого времени. Даже Рей, из-за которого я и загремел сюда, сказал: «Постарайся больше не втягивать свою задницу в такое. Я не просил себя защищать. Не делай то, чего не просят – можешь огрести ненужного». И я понимал, что он был прав. Не знаю, что сподвигло меня на такую несвойственную мне, оттого глупую добродетель…
Мы сидели перед теликом, смотрели конькобежный спорт. Мы не были его поклонниками, нам нравились обтягивающие костюмы на фигурах спортсменов. Я перевёл голодный взгляд с обтянутой задницы какого-то хмурого канадца из телека на член Рея, который он самозабвенно ласкал своими длинными музыкальными пальцами. И я знал, какое из этих зрелищ для меня желаннее…
-У него классная жопа, да?- тихо произнёс Рей, вызывающе облизывая губы.
И я понял, что это приглашение. Большего от него и не надо. Я, будто в забвении, поднял на Рея взгляд и медленно подался вперёд, прижимая его к дивану. Он сдул свою чёлку. Так невинно и по-детски. А потом он расстегнул мою ширинку, запуская руку мне в трусы и начиная двигать ей. Сначала еле-еле, а потом всё быстрей, пока я не начал стонать сквозь сжатые зубы. Я прижимался к нему, и он облизывал моё ухо. Как же меня это возбуждало. Он подобрался, наконец, к моим губам и начал их покусывать, всасывать, как собака облизывать, и это подводило всё ближе к грани. Его горячий язык вытворял не пойми что. Казалось, он насиловал мой рот. Его губы были бесстыднее рук, которые уже спустили мне штаны до колена, и на которые я даже не обращал внимания. Рей укусил меня за шею, за сосок, он спускался всё ниже, пока не вобрал в рот мой член. Из моей груди вырвался неожиданно громкий стон.
Мой маленький милый Рей, который когда-то чуть не плакал из-за двойки, как ты стал таким? Когда?
По комнате разнеслась мелодия мобильника, и я кончил от неожиданного звука. Он эхом отдавался в ушах. Так бывает во время ремонта, в пустой, голой комнате. Прыгнешь, и этот глухой звук вторит тебе. Так и сейчас, музыка залетала в мою голову, ударялась о стенки черепа и разлеталась на осколки. Но взять трубку - не было даже и мысли.
-Пошли их всех к чёрту,- тихо шепнул Рей, снимая с меня рубашку.
-Уже,- он прильнул ко мне, и я обнял его, отфыркиваясь от его волос, которые вечно лезли мне в лицо.
Рей целовал мою грудь, тёрся об неё щекой, и у меня в сердце защемило от этих действий. Почему кто-то ещё смеет целовать эти губы, слушать эти стоны, как кто-то ещё смеет касаться этой кожи?
-А как у тебя было в первый раз?- спросил он, поднимая на меня глаза. В телевизоре всё ещё бубнил комментатор, и кто-то куда-то бегал.
-Тебе интересно?- я оторвался от разглядывания достоинства американского конькобежца и прикрыл глаза.
-Нет, просто спросить было нечего.
И я вспомнил того высокого блондина, похотливо пожирающего меня глазами. В семнадцать лет быть девственником? Увольте. В семнадцать лет быть голубым девственником? Пристрелите. И я подмигнул ему.
Я помню зеленоватую воду на фоне белоснежной ванны, помню запахи смеси геля для бритья, мыла и смазки. Помню висящие на бёдрах шорты и то, каким масляным был презерватив, когда Свэн попросил надеть его ему на член. Я помню всё, до малейшего мимолётного ощущения, детали и звуки. И понимаю, что всё-таки лишился девственности достойно. Если, конечно, этот эпитет тут вообще уместен.
-Я не помню, как всё было,- говорю я Рею и открываю глаза, снова возвращаясь в жестокую реальность.
-Да? Ну что ж, тогда пойдём. Нас Леон в «Джи» ждёт.
-У тебя клиент?- спрашиваю как бы между делом, приводя себя в порядок.
-Угадай.
-Бэн.
-Нет.
-Келли.
-Нет.
-Джек.
-Как угадал?
-О чёрт! Насколько всё банально. Английские мамочки не слишком-то оригинальны в выборе имени.
-Отчего тогда ты не стандарт?
-По пьяни и не такое придумаешь,- я причёсываюсь и показываю расчёску Рею. Тот отрицательно машет головой и достаёт тени. Я жду, пока он красится, я стираю лишние мазки с его глаз, и он целует мою руку. Я смотрю, на то, как он жалок, и меня тошнит.
Мы встречаем Леона в «Джи». Уже порядком обдолбанного. Но если подумать…
-Дай-ка вспомню, когда в последний раз я видел тебя человеком.
-Пошёл ты, Дэни. Ты просто не понимаешь, какой это кайф!- он костяшками пальцев вытирает губы, будто после удара, и меня бесит этот жест.
-Вот именно. А это значит, что мне ещё есть, куда опускаться.
-Брось, мы все ещё не на дне, Дэни. У нас у всех ещё есть шанс остановиться. Надо просто захотеть,- он опрокинул в себя энный стакан мартини и глянул в след уходящему с очередным непонятным типом Рею. – Не осуждай его,- я через силу усмехнулся. – Мы не имеем права.
Леон рассчитался с барменом, и мы вышли на улицу. Вот тут я и увидел Стива. Довольно высокий мальчик с громким голосом. Он привлёк к себе моё внимание.
-Отпустите меня. Что вы делаете?- голосил мальчишка, пытаясь отбиться от какого-то довольно немолодого мужчины, который с видимым удовольствием его лапал. Не знает парень, наверное, куда попал.
-Ну что же ты так грубо, малыш? Пойдём со мной, не пожалеешь, да и деньгами я не обижу,- не отставал старикан.
Я закурил и направился к ним.
-Куда?- спросил Леон.
-Спасать ещё одну задницу из дерьма.
-Свою бы сначала спас, добродетель, мать твою,- с усмешкой добавил он и отвернулся.
-Прошу прощения, сэээр,- издеваясь над стариканом, я приобнял мальчишку за плечи и лучезарно улыбнулся, – но он со мной.
-Нет, но…
-Я сказал – он со мной!- уже привычный тон подействовал безотказно, как, впрочем, и всегда
Вдруг, меня кто-то довольно ощутимо ткнул чем-то острым в рёбра.
-Ты что творишь?- перевёл я взгляд на мальчишку.
-Это я вас спросить должен,- возразил тот, и в его голосе так заметно проскальзывали истеричные нотки, что я засмеялся.
-Фетишист.
-Что, простите?
-Сказал бы сразу, что предпочитаешь остаться с этим старпёром, я бы даже пальцем не пошевелил. Мне его позвать обратно?
-НЕТ! Так вы спасали меня?
-Можно и так сказать. Теперь ты обязан отплатить мне натурой, так как денег я не возьму. А то, глядишь, оставлю кроху без обеда,- я отпустил паренька и направился к Леону, наблюдавшему за происходящим со стороны.
-Я согласен,- парень подбежал и схватил меня за руку.
-Я пошутил, малыш. Ты ведь ещё совсем мальчишка. Дам, только, совет на будущее – не путайся больше в этом квартале. Тут на твоё лицо и возраст посмотрят в последнюю очередь. А особенно в «Джи». Там, гарантирую, пока дойдёшь до барной стойки, девственности три раза лишишься.
-Но это же невозможно,- удивлённо выпалил он, и я снова начал смеяться.
-Да он, просто, не за деньги не трахается,- выкрикнул Леон.
-Даже если и так,- я пожал плечами. – Я не жизнь тебе спас, чтобы одаривать меня сразу всем на свете.
-Я могу заплатить вам.
-Хорошо,- может, я и был последним ублюдком, но от денег отказываться не собирался. А этот мальчишка уже достаточно взрослый, чтобы понять что к чему. – Идём.
Я решил пригласить его к себе домой. Всю дорогу парень заметно нервничал и забавно хмурился украдкой, наверное, чтобы я не заметил. Но мне было всё равно.
Когда мы пришли на квартиру, Рея там не оказалось. Значит, сегодня ему попался щедрый клиент, раз предложил своё место.
-Душ там,- кивнув в сторону оного, кидаю зажигалку на стол и включаю телек. Парень опасливо, как кошка, осмотрелся и осторожно прошёл к двери ванной комнаты.
-А полотенце?- спросил мальчишка уже через пару минут, высовываясь из-за двери.
-Иди сюда, я сам тебя вылижу,- кончики его ушей покраснели, и я усмехнулся. Не помню, когда в последний раз передо мной кто-то смущался.
-Я, пожалуй, так обсохну.
-А я, по-твоему, чем всё это время заниматься должен? Сюда иди,- раздражённо выпалил я. Парень всё так же, как по минному полю, прокрался разделяющее нас расстояние и сел на диван.
-Как вас зовут?- Ох… Такой лёгкий вопрос вогнал меня в некий ступор, и минуты две я от него отходил. Обычно, трахаюсь без имён, без фамилий…
-Дэни,- всё же ответил я, снимая рубашку.
-А я Стив,- повисла тишина.
-Если ты рассчитывал на что-то, вроде «приятно познакомиться», то ты сильно прогадал. Не того выбрал Стив, а я предупреждал. Слезь с дивана, я его разберу.
-П-простите,- шепнул он, пулей слетая с кожаного дивана. Вспомнить бы, сколько человек на нём предавалось утехам…
-Первый раз?
-Да,- Стив нервничал всё больше.
-Успокойся. Всё будет нормально,- я нашёл под диваном презерватив со смазкой (странно, и кому она могла понадобиться?) и разделся до конца. Я толкнул мальчишку на кожаную поверхность, и он всхлипнул. Тут же прижав его к дивану, я почувствовал, как Стив затрепыхался подо мной.
-Чего ты боишься? Если будешь так напряжён – не получишь удовольствия.
-П-простите,- Боже, как я ненавижу таких сопляков. Надо было оставить его в «Джи», там бы его отодрали так, что мало не покажется, ни копейки не потребовав, а то, глядишь, и заплатив из своего кармана. Что, конечно, наврядли.
Почему-то я снова вспомнил, каким был мой первый раз. Я не сожалею о нём, нет, мне вообще параллельно, но мне, вдруг, захотелось, чтобы Стиву было приятно. Чтобы он вспоминал обо мне, находясь с кем бы то ни было. И я сделаю ему приятно. Я отнесусь к нему, как к клиенту.
Придя к такому выводу, я осторожно погладил его по волосам и нежно, насколько было возможно, и насколько я умел, поцеловал. Как не целовал даже Рея. Я не сильно прикусил парня за сосок, и Стив выгнулся. Ущипнул за второй, и он застонал. Языком я спустился до его паха и вобрал в себя член. Парень тут же вцепился в мои волосы, что меня взбесило. Я знал технику минета, поэтому не потребовалось и пяти минут, чтобы Стив кончил.
Я поднялся и заглянул в его глаза. В них было столько удивления и желания, что мне самому захотелось продолжить. Быстро натянув на себя презерватив, я выдавил обильное количество смазки и подхватил Стива под колени. Накрывая его губы поцелуем, одним движением я вошёл в него. Стив застонал, начал извиваться подо мной и старался вытолкнуть мой язык, но я ему не позволил.
-Больно,- выдохнул он мне в рот.
-Терпи. Без боли никак.
Я вышел почти полностью и снова вклинился в уже забытую тесноту. Стив стонал и забавно хмурился. А потом он начал двигаться мне навстречу, и меня позабавило, с каким серьёзным видом он это делал.
Когда всё закончилось, я закурил. Не потому что все курят после секса, а потому что это была привычка и в то же время милый стереотип, который я с удовольствием поддерживал. Стив отвернулся и молчал.
-Здесь воняет сексом,- а вот и Рей. – О, Дэни, ху из ит?- он сел на край дивана, и Стив напрягся. Мальчишка потянулся к простыне, чтобы прикрыться, но Рей ему не дал этого сделать. – Ну что ты, малыш?
-Не трогай его, Рей.
-Иди ты, Дэни. Какая тебе, чёрт возьми, разница?
-И правда – никакой.
-Малыш, хочешь, докажу, что я лучше него?
-Я сказал тебе, Рей – отвали.
-Ты - урод, Дэни.
-Не льсти мне.
-Набить тебе морду?
-Попробуй. Только потом не жалуйся, что клиенты за красивую мордашку не надбавляют,- я усмехнулся, а Рей привстал. Но тут Стив резко вскочил со словами:
-Заткнётесь вы, в конце концов, или нет? Я спать хочу!
Мы переглянулись с Реем и через секунду оба рассмеялись.
-Прошу прощения. Не смею больше отвлекать,- он подмигнул Стиву и ушёл на кухню.
-Ты чего раскричался?
-А вы что раскричались?- пробубнил мальчишка, укладываясь обратно. – Кто так с другом разговаривает?
-Не суй-ка ты нос, Стиви, туда, где ничего не знаешь. Рискуешь остаться не только без него,- я проследил глазами за Реем. Тот подошёл к шкафу, нацепил на себя какую-то очередную блядскую шмотку и направился к двери.
-Неужели двух оприходуешь?- не смог не поинтересоваться.
-Я и пятерых, если надо, оприходую, лишь бы не тут сидеть. Иначе меня от разговоров твоего молокососа стошнит.
-Что поделаешь, если «друг» у меня – блядь, и разговаривать по-другому с ним не получается,- я перевёл взгляд на Стива и пожал плечами.
-Не понимаю я вас.
-Не опускайся до нашего уровня.
-Можно?- спустя минуту молчания, он завозился и подполз к моей груди.
-Ты здесь останешься?
-А можно?
-Не вижу преград.
-Останусь.
-Тогда - как хочешь,- он прижался ко мне и, вскоре, уснул. А я ещё несколько часов пялился в окно и ударялся в совершенно ненужные воспоминания.
Ночью я проснулся от чьего-то плача.
-Какого ты ревёшь?- сонно поинтересовался я.
-Ничего, всё в порядке,- заикаясь, пискнул Стив.
-Ну раз в порядке, заткнись и давай спать..
-Да. Прости, что разбудил,- он закопался в одеяла и шмыгнул носом.
М-да….
Когда я проснулся утром, то прижимал к себе что-то тёплое. Усмехнувшись, я не спеша ткнулся губами в губы Стива и протолкнул язык ему в рот.
-Какой ты сегодня любвеобильный,- ядовитая ехидца в голосе.
-Бля, Леон! Какого хера ты тут делаешь?!- от неожиданности шарахнулся я, вытирая рот рукой. – И где мальчишка?
-Не знаю. Я пришел – его не было, смотрю – постель соблазнительная. Ну а то, что в ней ты – не так уж и отвратительно,- пробубнил он, перекидывая руку через мой живот.
-Во сколько ты пришёл?
-Я не знаю во сколько я пришёл, я вообще ничего не помню ни со вчера, ни с сегодня до настоящего момента, а теперь будь добр – отъебись от меня, я так хочу спааать.
-А ты убери свою руку, от тебя травой воняет. Да и не только ею,- он сделал вид, будто не слышит.
Скинув с себя, в конце концов, его руку, я потёр глаза и встал. На прикроватной тумбочке лежало чуть меньше сотни. Стив? Глупый мальчишка, я ведь сам даже забыл про деньги.
-Леон, ты не видел Рея?- спросил я, выходя из ванной. В ответ – тишина. – Да чтоб тебя!- я кинул в него первым, что попалось под руку. По-моему, то были тени Рея. Новые купит, не разорится. С садистским удовольствием я наступил на пластмассовую баночку, слушая хруст.
Одевшись, я взял деньги и вышел из дома.
Сотни людей называют друг друга друзьями. Но продают и кидают этих самых друзей. И на кого злиться? На себя самого. Потому что вы такой придурок, вас научили доверять тому, кому не надо. Лучше быть эгоистичным наглым крысёнышем, жить для себя, чем отдавать свою жизнь друзьям, которые исчезнут в тот момент, когда вы, действительно, вляпаетесь в дерьмо. Но, знаете, если у вас другие друзья – то, чёрт побери, вы сорвали джек-пот, и вам крупно повезло. Однако я не мог сказать, какой из двух вариантов для меня предпочтительнее.
-Ты… Вы что тут делаете?- Стив занервничал, увидев меня у ворот школы.
-Не нервничай, малыш. Лучше забери это,- я сунул в его нагрудный карман его деньги.
-Это твоё... ваше.
-Ошибаешься. Это твоё. Я не переживу, если ты, Стиви, останешься без обеда.
-Стив, ты чего там застрял?- к нам подошёл какой-то кудрявый парень.
-Сейчас, Марк. Я догоню,- нервно бросил ему мальчишка. А я вспомнил… Как Стив рассказывал мне про какого-то Марка, его одноклассника, в которого он влюблён. Я его особо не слушал, но суть уловил.
-Так это тот самый Марк?- я ткнул его локтём, усмехнувшись. – Чувак, у тебя отстойный вкус.
-Замолчи,- Стив снова покраснел.
-Будет время – заходи. Поиграем ещё,- я развернулся и, не оборачиваясь, пошёл к остановке. Сегодня, пожалуй, постою за пультом.
Перед работой я заскочил домой и увидел то, что считал невозможным увидеть. Абсолютно трезвый и вменяемый Леон сидел на подоконнике с телефоном в руке, пялясь куда-то вдаль. Глаза у него были красными и мокрыми.
-Маелз умер,- не надеясь на мой вопрос, произнёс тихо он. – Его бабушка позвонила.
-Ого. Старуха ещё жива? Похвально. Ты из-за Маелза сырость развёл?
-Тебе ведь нет до этого дела.
-Мне плевать.
-Я знаю,- так и не посмотрев на меня, вздыхает он.
-Увидишь Рея, скажи – ещё раз он возьмёт мои вещи, будет подставлять свою задницу где-нибудь на экваторе.
Он больше ничего не сказал, а мне было просто нечего говорить. Неужели, Леон всё ещё помнил Маелза? Я даже как-то имя его позабыл, пока Леон не напомнил. Он глупее, чем я думал.
Когда я пришёл, Леон сидел всё в той же позе на том же месте. На диване сопел Рей. Я думал он спит, поэтому нарочно старался шуметь побольше.
-Можешь не надрываться, я не сплю,- выдохнул Рей, принимая сидячее положение. – Что-то ищешь?
-Смотрю – может, в шкафу сидит кто-нибудь, кто мне отсосёт,- настроения не было, ночь была дурацкая.
-Этим кем-то мог бы быть я. Но брать с тебя денег будет как-то неактуально. Ты отдашь мне этого мальчишку.
-У меня не настолько сильный недотрах.
-Неужели, он тебе важен?
-Нет.
-Тогда почему, Дэни?- я задумался. Действительно, почему?
Рей встаёт с дивана. Рей проходит мимо Леона, как мимо мебели. Он подходит ко мне.
-Ну же,- его руки медленно обнимают меня. – Он тебе не нужен,- его длинные тонкие пальцы расстегивают мои брюки. – Тебе нужен я,- он скользит ладошкой по резинке моих трусов, и у меня сносит крышу.
-Не льсти себе, Рей,- удар с локтя приходится под дых, и Рея сгинает пополам. – Однажды, ты доведёшь меня, и я выебу тебя так, что придётся зашивать твою блядскую задницу,- я схватил его за волосы и посмотрел в глаза. В них была насмешка, издёвка, но ни капли злости. Ему удалось вывести меня из себя, и он ликовал.
-Пойдём спать,- он осторожно накрыл мою руку в его волосах своей и мягко разжал пальцы. – Лео,- но тот не реагировал. – Он того не стоит.
-Мы все того не стоим. Думаешь, этого стоишь ты, Рей? Или ты, Дэни? Или, чёрт возьми, я? Мы все стоим только петли на шее.
-Прекрати нести свою никому не нужную чушь и иди спать, иначе Рею будет не к кому прижиматься. Если он тронет меня – клянусь, я трахну его,- наш диван был достаточно большим, чтобы уместиться на нём втроём.
-Кто сказал, что его не трахну я?- усмехнулся Леон и с разбегу запрыгнул на постель. Следом залезли и мы.
-Эй, скоты, кто вам разрешит всё это делать?- возразил Рей, на что я лишь пошло усмехнулся.
Вопреки моим угрозам, как только моё тело коснулось простыни, по животу скользнули две тёплые ладошки, обнимая, а в плечо ткнулись чьи-то губы. Наверное, профессиональное, Рей?
Пожалуй, вырасти мы в других условиях, из нас вышла бы неплохая команда, а может быть, мы бы умудрились стать друзьями. Но имеет право существовать только то, что происходит в эту секунду, и ни о каких «если бы» и речи быть не может. Именно поэтому мы лежим сейчас на этом грёбаном диване, откровенно насмехаясь над этим грёбаным миром.
А утром зазвонил мой телефон.
-Не знаю, кто ты, но - представься, и я тебя съем,- прохрипел я, переваливаясь через Рея.
-Прости. Я не хотел тебя будить. Уже 2 всё-таки.
-Опять ты, чертёнок?
-Можно прийти к тебе сегодня? Думаю, зачем, ты в состоянии догнать.
-Как ты заговорил. Определённо, чему-то учишься. Знаешь, как меня найти.
-Ага.
Я положил трубку и ушёл в душ. Когда вышел – Рей с Леоном даже не поменяли положения.
-Сколько можно спать?- спросил я сам у себя.
-А сам-то. Будто по своему желанию встал,- сонно пробормотал Рей, и они с Леоном, одновременно открыв глаза, уставились на меня. Бр-р-р. Прямо как в фильмах ужасов.
Мы выпили пива, поиграли в «города», и Леон ушёл на работу. За эти годы я так и не узнал, кем он работает. Не до этого было.
Мы с Реем смотрели какую-то хрень по телеку, когда в дверь раздался звонок.
-Открой,- кивнул я Рею.
-Пошёл ты.
-Ну что ещё?- спросил я, открывая дверь. На пороге стоял Марк. – Ты-то что тут забыл?
-Стив у вас?
-Нет.
-А где он?
-Знаешь, Марк, я тебе не GPS навигатор. Сам ищи своего чертёнка.
-Откуда вы знаете моё имя?
-Птичка в клюве принесла.
-Мужчина!
-Ну чего тебе? Заходи – разговор есть.
-Я не могу.
-Всё ты можешь,- я затащил его за кофту в дом.
-Дэни, я опасаюсь за твоё мировоззрение. Ты что-то в последнее время к нам мальчиков только и таскаешь,- Марк шуганулся и попытался вырваться.
-Успокойся,- рыкнул я. – Я не намерен нежничать,- я толкнул мальчишку на диван, а сам сел рядом на кресло.
-Что вам надо?- как-то зло и нервно спросил Марк, высоко поднимая голову. Гордый он типа. Интересно.
-Тёплую кровать, вкусный обед и красивого принца на белом мерене. Исполнишь?- я издевательски поднял брови, но потом посерьёзнел. – Ты знал, что Стив – гей?- решил разу затравить его.
-Что? Что вы несёте?
-Значится, нет. А то, что он в тебя влюблён? Года три, что ли…
-Это правда?
-Не знаю,- я задумался. Ну повадился мальчиков любить, ну с кем не бывает. А я тут сразу – гей, гей. – По крайней мере – он мне так сказал.
-Значит, к вам он приходил?
-Да. Поиграли с ним немножко. А теперь проваливай.
-Вы так грубы.
-Ещё один. Можешь проваливать, Марк. Будете совать что-нибудь лишнее не в свои дела, рискуете этого «лишнего» лишиться. Всё слышал? А теперь – вперёд. Ждать у меня Стива не получится.
Ничего не сказав в ответ, мальчишка встал, поправил одежду и вышел за дверь. Следом юркнул и Рей.
-Подожди, малой, тут такое дело…
-Беги от него, пока не поздно, кудрявый,- крикнул я, с силой захлопывая дверь. Всё бесит.
Дверь открылась без звонка, когда я допивал третью банку пива. Стив зашёл, как к себе домой, скинул сумку и сел на диван.
-Тебе тоже добрый вечер,- я с усмешкой проводил парня взглядом, допивая последний глоток.
-Мы с Марком поссорились,- мальчишка явно переживал.
-Тогда, я думаю, ты будешь не против того, чтобы я тебя утешил,- осторожно, даже почти нежно, что мне совсем не свойственно, я погладил Стива по колену.
Он без лишних слов завалился на диван, позволил себя раздеть и был на удивление молчалив. А вот я наоборот… Когда я его взял, то просто потерял голову. И это мне совсем не нравилось.
Я вновь затягивался «Camel», Стив лежал у меня между ног, прижавшись своей грудью к моей.
-Я рассказал Марку,- как-то виновато сказал ему я, целясь окурком в кофту Рея, висящую на стуле неподалёку.
-Что? Ты… Ты идиот,- он усмехнулся. – Кричишь, чтобы никто не совал нос в твои дела, а сам спокойно вмешиваешься в чужую жизнь. Нехорошо ты поступаешь, Дэни. Но кто я такой, чтобы ты раскаивался? Забей. Тем более, что я сам ему это сказал, когда встретил его на улице с Реем, как ни странно,- он обнял меня и поцеловал несколько раз в живот.
-Давай спать,- наверное, лучше Стиву не знать, что Рей не отпускает понравившийся ему объект, не оттрахав…
Стив звонил мне ещё несколько раз. Каждый раз я соглашался на все условия, что он мне ставил. Не курить в постели, не оставлять зажигалок в его квартире, не ходить по его дому в обуви, застилать мой кожаный диван при занятиях сексом, а то, видите ли, у него задница скользит и колени. Удивительно, но я запомнил все эти правила, что ещё удивительней – исполнял их. Но однажды…
Меня снял какой-то новенький парнишка в «Джи». Предложил неплохую сумму, но места своего не имел. Пожелал лишь того, чтобы «это» было без посторонних глаз. Недолго думая, я запер дверь на ключ, предупредив ещё в «Джи» своих двух ослов, чтобы не совались – не хотелось терять деньги из-за давалки и наркомана, по привычке застелил диван, достал пиво, от которого отказался мой новый знакомый, и решил не тянуть больше, с хитрой улыбкой начиная раздевать парня.
Если на нашем диване лечь в одну сторону – будешь спать головой к зеркалу, в другую сторону – к двери. Сколько раз по этому поводу возмущался Стив, что, мол, не по Фэн-шуй эти дела. Но я только смеялся.
Парень вбивался в меня со всего размаху, при этом придерживая двумя руками за бока с такой силой - казалось, он вывернет меня наизнанку, что намекало на его неопытность в таких отношениях. Я закрыл глаза, закусывая губу и не сразу замечая, что парень остановился. Когда я открыл их – передо мной у двери стоял Стив, держа в одной руке ремень от сумки, а в другой ключи. М-да, я и забыл, что успел дать ему свои запасные.
-Что за фигня, парень?- начал возмущаться снявший меня парень, имя которого уже вылетело из моей башки. – Мы договаривались. Весь кайф мне обломал, денег своих не получишь,- он слетел с дивана.
-Да пошёл ты к чёрту, импотент,- не удосужившись даже прикрыться, я сел и закурил, наблюдая за метаниями парня. – Ну оно и понятно – на твоём месте я бы тоже стеснялся,- бока болели нещадно.
-Замолчи! Ты…
-Тебе не кажется, что ты тут, явно, лишний,- вклинился Стив, кривясь, как при виде чьих-нибудь внутренностей. Парень не находит ничего сказать в ответ, поэтому удаляется, зло закусив губу.
-Долго молчать будешь?- спросил я у Стива, который даже не разделся и не поменял позы, а я доставал уже третью сигарету.
-Не вижу смысла что-то говорить,- гениально заключает он.
-Тогда – проходи. Смысла стоять там – ещё меньше.
Он, не смотря на меня, разулся, снял сумку, повесил ключи на крючок и уселся на кресло, положив ногу на ногу. Эта ситуация рассмешила меня. Обычно, всё наоборот – он лежит раздетый на диване, а я, почти полностью одетый, сижу в кресле, наблюдая за ним.
-С каких это пор ты для всякой шмали постель заправляешь?- будничным тоном поинтересовался мальчишка.
-С тех самых, как за это стали доплачивать,- почему я должен оправдываться перед ним? Нет, так не пойдёт. – А что тебя не устраивает, Стиви?- я подпёр рукой голову, зевая.
Вдруг, Стив соскочил с кресла, резко схватил меня за голову двумя руками, поворачивая её к себе.
-Что? ЧТО мне нужно сделать, чтобы ты перестал продавать себя?! Я могу найти работу и отдавать тебе деньги, если ты хочешь. Я могу отдавать тебе половину своих денег, которые дают мне родители. Я могу ещё что-нибудь придумать, только дай мне время,- он с таким исступлением это шептал, что, наверное, даже не заметил, когда начал трясти меня за плечи.
-Отцепись, чертёнок! Кто тебе сказал, что я делаю это против своей воли? Я делаю это не только из-за денег, но и для удовольствия.
-Удовольствия? Что ты несёшь?!
-Такому, как ты, этого не понять. Если ты припёрся только затем, чтобы шуметь и нести чушь, то – проваливай. Я в печали.
-Я хочу тебя,- слишком спокойно для себя произнёс он. Когда ребёнок тихий, спокойный и весь в мыслях – значит, он что-то задумал.
-Так с этого и надо было начинать.
-Нет. Ты не понял. Я хочу тебя… ну,- он смутился, а меня прошибла истина.
-Что ж. Тоже неплохо.
-Ты позволишь?
-А если нет?
-Я возьму тебя силой!- выкрикнул он, а я засмеялся. Я так давно не смеялся так откровенно и так… по-настоящему. Я хохотал всё сильнее, а Стив делал попытки побить меня, отчего мне было щекотно, и я смеялся ещё громче. – Почему всякие козлы имеют право обладать тобой, пусть даже несколько часов, а я нет. Если надо, я отдам тебе те деньги, которые ты потерял из-за меня. Но не сегодня, у меня с собой только около пятидесяти баксов, подожди два дня, пожалуйста,- он торопливо раздевался, с третьего или четвёртого раза только расстёгивая пуговицы на рубашке.
-Мне от тебя ничего не нужно. Сейчас не самое безденежное время,- Стив недоверчиво глянул на меня, стягивая рубашку полностью.
-Неужели? Ты второй раз отказываешься от халявных денег. Быть может, потому что их предлагаю Я?- он усмехнулся и встал одним коленом на диван, потягиваясь и целуя меня в шею. За всё время нашего знакомства он очень неплохо успел изучить мои чувствительные точки.
-Льстишь себе, чертёнок,- я улыбнулся, позволяя Стиву делать всё, что он хочет. – Чем ты отличаешься от других?
-Хотя бы тем, что остаюсь до сих пор в твоей постели.
-Но и…
-Бесплатно!- с довольной миной перебил меня он.
-Всё, цыц! Оставь свои нелепые доводы другим дурачкам-простачкам.
Поначалу, Стив был скован и смущён, что делало его аккуратным и боязливым. Но потом. Он кусал меня за шею, вылизывал местечко за ухом и нежную кожу чуть ниже ключицы, он массировал руками мои икры, и я только диву давался – неужели он изучил ВСЕ мои эрогенные зоны? Мне было хорошо, у меня стоял, когда Стив с отрешённым лицом прекратил свои ласки и выдал:
-Иди в душ. Мне неприятно касаться тебя после какого-то…
-Сейчас, когда ты вылизал меня почти с ног до головы, ты вспомнил об этом каком-то..?- ответом мне послужил тоскливый взгляд из-за плеча и громкий вздох. Может, он и постель перестелить попросит?
-Это первый раз, когда тебя имеют в задницу бесплатно. Он должен быть особенным,- невинно бросил он.
-Гадёныш,- я беззлобно рассмеялся. – Надеюсь, когда я выйду, ты сможешь повторить всё то, что делал до этого. А то вечно твой здравый смысл портит моё психическое состояние.
-Кто кому ещё портит?- буркнул скорее для себя Стив.
Я не знал, что Стив может быть таким. Ему снесло крышу от удовольствия, он входил в меня, выбрав не тот угол, и каждый его толчок болезненно отдавался где-то у меня в животе. Конечно, он не обязан думать обо мне, но мне редко попадались клиенты, которые не давали мне кончать, хотя бы из мужской солидарности. А может, я просто умел выбирать клиентуру. Этот же мальчишка убил во мне все, даже малейшие, зачатки желания. Для меня секс снова стал работой, если не хуже.
Он кончил с протяжным душевным стоном, сжимая сильнее ногтями мою кожу, врезаясь в неё до проступающих кровяных полос.
-Надеюсь, я не сделал тебе неприятно,- проговорил он минутой позже, лёжа возле меня на спине, прикрыв рукой глаза.
-Более чем.
-Что?- он удивлённо уставился на меня.
-Я сказал, что ты сделал мне более чем неприятно. Или ты считал себя супер героем-любовником?
-Прости,- он погрустнел. – Я не хотел.
-Да даже если б и хотел – хуже вряд ли получилось бы,- я решил затравить его сходу.
-Да пошёл ты. Я заплачу тебе – и ты забудешь сразу обо всех моих промахах.
-Смотря о каких, за некоторые ты до конца жизни не расплатишься.
-В твоей жизни всё крутится вокруг денег.
-Это не я. Они сами меня провоцируют.
-Ты никогда не любил.
-Мама с папой забыли про этот ген при зачатии.
-Ты срываешь минутные удовольствия то там, то там.
-Ну-ну, малыш. Если ты продержался минуту – не надо всех под себя чесать. У меня бывают и марафоны.
-Тебе так не понравилось?
-Как сам думаешь?
Ничего не ответив, он завозился, выпутываясь из одеяла, которое успел обмотать вокруг себя и намеревался встать с кровати. Удачно выполнив задуманное, Стив кинулся собирать свои вещи.
-А я ведь могу научить,- подложив руки под голову, чтобы было удобнее наблюдать за голопопым суетящимся мальчишкой, выдохнул я. Нагибаясь за кофтой, он на секунду замер. С такой позы картину не нарисовать – преступление.
-Серьёзно?- недоверчивый взгляд из-под челки и закушенная губа. Шмотки к себе прижал – отберут будто.
-Вполне. Это только я тебе с рук спустил такое отвратительное исполнение такого потрясающего акта.
-Какого акта?- он моргнул. Ну что за ребёнок?
-Полового. Так вот – я простил, а твой Марк. Он же тебе…
-Замолчи,- Стив сверкнул глазами, швыряя несчастную одежду. А потом будет опять носиться собирать. Ну нелогично же.
-Только жесты и только по делу,- я поманил его к себе рукой, удобнее устраиваясь на диване.
Мальчишка присел, доверяясь мне и позволяя касаться себя везде, где захочется. Он лишь немного смутился, когда я ввёл в него палец, дабы нащупать нужное мне местечко.
-Вот эта точка,- я, наконец, нашёл искомое и начал массировать его. Стив задышал чуть чаще, пытаясь всё же не выдавать этого. – Это простата. Если входить в тело под этим углом, будет куда приятнее, чем то, что ты вытворял сегодня. Бедный мой кишечник,- парень снова опустил голову, смущаясь. – Никогда не держи человека за рёбра или тазобедренные кости, в порыве экстаза можно нечаянно сдавить чересчур сильно, что, поверь мне, убивает желание напрочь. А если человек ещё и щекотки боится… Лучше держать руки так, как удобно и тебе, и партнёру. Допустим, одну на его пояснице, другую на бедре или плече. Но это - например. И ещё - думай о партнёре. По возможности. Хотя бы из мужской солидарности.
Стив покраснел, улыбаясь как-то скованно и слишком целомудренно даже для себя самого.
-Спасибо. И прости меня, пожалуйста. Ты знаешь – я не нарочно,- он забавно сморщил нос. Меня всегда раздражало такое поведение, и даже сейчас в Стиве меня оно раздражало. Но не было привычного желания высказать это и нагрубить как-нибудь по-особому. Его такое поведение уже отложилось в моей голове, как стандартное, и другим мальчишку было тяжело представить.
Он коротко чмокнул меня в ухо, отчего в голове раздался звон, и вытянулся рядом со мной на кровати.
-А зачем ты приходил-то вообще?- столько времени спустя догадался спросить я.
-А я уже и не помню. Надо скоро домой собираться, сегодня я остаться не могу.
Едва он договорил до конца, дверь распахнулась, будто с ноги открытая, и в квартиру влетели два шумных хохочущих создания.
-Так мы столько времени шатались не пойми где из-за какого-то молокососа?- с порога возмутился Рей.
-Будто тебе привыкать,- бросил я, обращая внимание на то, как стушевался Стив. Эти двое старались сторониться друг друга как можно дольше.
-Проштрафился – делись,- Рей скинул ботинки, что-то сказал Леону и направился к нам. Мальчишка сразу заметно напрягся. – Ну что ты, маленький? Я ведь не садист какой.
-Пойдём, Стив. Я провожу тебя домой. На дворе ночь, как-никак. Украдут тебя, обесчестят. Ещё раз. Я не переживу,- я хмыкнул, отводя взгляд от Рея.
-Катись к чёрту, Дэни, со своим гадёнышем. Обратно ты хер зайдёшь, уж поверь мне,- зло сверкнув глазами, Рей ушёл на кухню. А то, что это была моя квартира – не волновало никого. Даже меня.
В тишине мы собрались и вышли за дверь, попрощавшись со всё ещё стоявшим в дверях Леоном.
-Он ревнует тебя,- тихо произнёс Стив.
-А как это относится ко мне?- он думал, что я не вижу всех этих уловок? Мне было интересно, как далеко зайдёт змеёныш.
Не говоря больше ни слова, мы дошли до дома Стива, и я закурил.
-Так что?- спросил мальчишка, поднимая на меня глаза.
-М?
-Что мне сделать, чтобы ты перестал продавать себя?
-Перестать задавать глупые вопросы. Спокойной ночи, Стиви,- я дежурно поцеловал его в губы, резко разворачиваясь и щурясь от попавшего в глаза дыма.
Домой я так и не попал – Рей закрылся на задвижку. Недолго думая, я бодрым шагом направился в «Джи», продумывая план мести этой патлатой скотине.
А дальше стало только интереснее. Марк попутался с Реем, и тот как-то умудрился уговорить его на первый раз. Лицо Стива в тот момент, когда он узнал об этом, просто не поддавалось описанию. Злость, обида, отчаяние – всё это я видел впервые на его лице, и, надо признаться, мне понравилось.
Теперь каждый вторник и субботу Рей наведывался к Марку или наоборот. Когда кудрявый приходил к нам, я не удерживался от сравнения – настолько разные эти двое: Стив и Марк. Я курил в дальнем кресле, наблюдая, как Рей трахает этого кудрявого, как он старается и как смотрит на меня. Ты думаешь, я не вижу всего этого? Нет, ты как раз знаешь, что я прекрасно всё вижу, лишь поэтому мы продолжаем эту игру.
Я встаю. Я иду на кухню. Я достаю чашку и ставлю чайник. Впервые за четыре года завариваю себе кофе. Вслед за мной на кухню заходит Рей. Он голый и довольный. Признаться, меня бесит это зрелище. Меня вообще много что бесит. Но сейчас не обо мне. Он усмехается, как натрахавшийся кошак и выпивает моё кофе. Залпом.
-Это не мальчик – это просто сокровище. В отличие от твоей девочки,- говорит он и в его словах больше яда, чем в бокале вина девяносто двухлетнего миллиардера, поднесённого его любимой молодой жёнушкой-вертихвосткой, будущей вдовой.
Я прижимаю Рея к стене, и он роняет чашку, которая разбивается вдребезги.
-Ты ублюдок, Дэни.
-А ты ничтожество. Ты ебливое ничтожество.
-Мы друг друга стоим. Определённо,- улыбается он, и снова, как тогда, накрывает мои руки на своей шее. Он отцепляет одну мою руку и прижимается к ней щекой.
-Рей, ну где ты?- доносится из спальни, и я еле сдерживаю порыв - воткнуть нож кудрявому в глотку. Я отдёргиваю руки. Шиплю, наступив на осколки. И, поморщившись, смотрю в глаза этому змеёнышу. На часах 2:43…
Мы сидим с Леоном в гостиной. Мы играем в карты на минет. Нас прерывают в шаге от моего выигрыша, и Леон облегчённо вздыхает.
Звонит Стив. Он предлагает заглянуть к нему часов в десять, и я, не задумываясь, соглашаюсь.
Мальчишка встречает меня на пороге в одних трусах. Его взгляд, какой-то слишком грустный и преданный, давит на меня. Мы выпиваем рома. Его родители привезли недавно дорогущую бутылку. Мы играем в виселицу, включаем музыку и трахаемся под Full Frontal. Я просыпаюсь ночью от ощущения неправильности, встаю и одеваюсь.
-Дэни… Ты уходишь?- тут же высовывает нос из-под одеяла Стив.
-Да.
-Спасибо, что пришёл,- он смущается, и я почти ощущаю к нему тягу. – Могу я рассчитывать на то, что хотя бы чуть-чуть тебе симпатичен?- я ожидал чего-то такого.
-Будь иначе – меня бы не было здесь.
Мальчишка вскакивает, цепляется за мои плечи и утягивает меня на кровать, вовлекая в поцелуй. Я позволяю ему владеть собой несколько минут. Я позволяю ему делать то, что он хочет.
-Может ли быть такое, что я тебя люблю?- он прижимается носом к моему подбородку. Сначала, я молчу.
-Это бессмысленно.
-Да брось, Дэни. Любил ли тебя кто-нибудь когда-нибудь?
-Я не знаю. Вполне возможно. А как же Марк?
-Я… Мне нужно разобраться.
-Спи, чертёнок,- я целую его на прощание и скрываюсь за дверью, сделав напоследок ещё пару глотков рома.
Я не спеша иду домой, поднимаюсь по лестнице. Я вижу Марка, прислонившегося к стене у двери. Засовываю руку в карман, ища ключи, натыкаюсь на пятнадцать центов и понимаю, что это последние деньги. Открываю входную дверь, не замечая присутствия кудрявого, оглядываю квартиру и говорю:
-Рея нет. Проваливай.
-Я не его жду.
-Неужто, решил лечь под Леона?
Он без приглашения вошёл в дом и взял последнюю бутылку пива из холодильника.
-И мне достань.
-Там больше нет.
-Как обычно. Всё последнее на вас молокососов трачу.
Он сел в кресло, а я улёгся на диван.
-Откуда столько характера? Тебе всего семнадцать…
-В окружении таких, как вы, иначе, чем мразью, не проживёшь.
-Ты дело говоришь, мальчик.
-Да ладно тебе, Дэни. Это обращение здесь неуместно. Неужели, сейчас ты думаешь не о том же, о чём думаю я?- он встал с кресла и медленно подошёл ко мне. А я подумал: «Неужели, мир, действительно, настолько гнил, насколько он предстаёт передо мной? Каждый второй готов продаться или купить тебя…»
-Не понимаю, о чём ты.
-Брось, Дэни,- он встал на одно колено и приблизился к моему лицу. – Давай же,- он подался вперёд и коснулся моих губ. – Что такое?
-Меня тошнит от людей, которые хотя бы обнимались с Реем,- я вытер губы рукой и бросил взгляд на парня.
-Знаешь, Дэни, если бы не Стив, я бы влюбился в тебя.
-Ты не думаешь, что, как минимум, обижаешь его?
-А ты об этом думаешь?
-Ты прав. Я бы тобой, наверное, тоже увлёкся. Если бы не Стив,- я пожал плечами. – А теперь – проваливай. Я не скажу ничего Рею.
-Ты так ничего и не понял, Дэни,- он слишком часто называл моё имя, и меня это начало раздражать. – Как же так?- он засмеялся. – Рей обо всём этом знает. Более того..,- он замолчал и лишь как-то зло усмехнулся. – Всего хорошего, Дэни.
-Катись к чёрту!
-Вы друг друга стоите,- да неужели?
-Всего хорошего.
Уже во сне я почувствовал, как кто-то прижимается ко мне. Гадкая, ебливая дворняжка, которая, однако, каждый раз возвращается домой, ко мне… Рей…
А на следующий день… На следующий день Стива не стало. Какая-то мразь не справилась с управлением. Мальчишка в толк не смог взять, что произошло, от полученных травм скончался на месте. В больницу его не повезли, повезли сразу в морг…
Я не хотел идти на похороны, мне не было до этого дела, но Марк, стоя на коленях, умолял меня пойти с ним.
Стив был одет в белый костюм. Мать его купила мальчишке на выпускной, но надеть он его ещё не успел. Его руки были сложены на груди, а в правой был зажат крест. Его родители были христианами.
Я смотрел на то, как чтица читала Псалтырь и пела заупокойные молитвы. Как рыдала мать Стива, как украдкой вытирал слёзы отец, и мне было почти жалко их. У меня в ухе был наушник, в котором играло «Life starts now», и я всё ещё был жив. Такие ублюдки, как я, живут долго.
Сквозь пелену раздумий я ощутил чье-то тепло. Открыв глаза, я понял, что это прижался Марк. Он плакал, уткнувшись мне в кофту, и я не испытывал ничего, кроме злости.
-Не забывай никогда, как ты относился к его чувствам и как обидел его при жизни,- мне была не очень приятна сущность кудрявого, поэтому я не собирался быть его носовым платком.
Марк избегал смотреть мне в глаза и отводил взгляд сам.
«Знаешь, Дэни, если бы не Стив, я бы влюбился в тебя»
«Я бы тобой, наверное, тоже увлёкся. Если бы не Стив»
-Теперь его нет, но есть я. Тебе больше ничто не мешает,- произнёс вслух я, и парень заплакал пуще прежнего.
Когда все разошлись, мы остались с Марком наедине. У нас было ещё несколько минут прежде, чем гроб закопают. Кудрявый сел на колени, держа в руках две розы. Я же закурил, встав возле него.
-Прости меня за всё. Ты был потрясающим человеком, Стив.
-Если бы он это слышал, то был бы рад, что ты вспомнил об этом, пусть и после его смерти.
-Дэни. Хватит, прошу тебя. Хватит.
Я смотрел на то, во что люди превращают похороны, и не понимал этого. В голову пришли строки Корнелия Тацита о похоронах у германцев, которые зачитывал мне один из моих клиентов во время секса. Да, бывали и такие странные люди. Так вот: «Похороны у них лишены всякой пышности. У них не принято воздавать умершим почёт сооружением тщательно отделанных и громоздких надгробий, так как, по их представлениям, они слишком тяжелы для покойников. Стенаний и слёз они не затягивают, скорбь и грусть сохраняют надолго. Женщинам приличествует оплакивать, мужчинам — помнить»
В любом случае, где бы сейчас не был Стив, он, определённо, находился в лучшем месте, чем этот мир. Марк закончил распускать сопли и кинул розы вниз. Мокрыми щенячьими глазами он посмотрел на меня, и я негодующе вздохнул.
Покопавшись у себя в карманах, я достал паспорт. Я достал копию своей фотографии из-за обложки и кинул в эту яму.
-Удачи, чертёнок.
Эти слова были искренними, и этого, думаю, вполне достаточно. Стиву бы понравилось.
Я взял Марка за руку и повёл его в «Джи». Я сдал его Рею с потрохами и продолжил надираться за чей-то счёт, потому что теперь в кармане не было даже тех пятнадцати центов. Как всегда вовремя подошёл Бэн. Постоянный клиент, так сказать. Мы ещё немного выпили и пошли в один из отелей, в котором стены, как картон, а слышимость - будто их нет вовсе. Но реклама обещает анонимность, а люди слишком ленивы, чтобы не верить рекламе.
Жизнь вернулась на круги своя. Будто и не было никакого Стива. Меня это устраивало. Первое время я испытывал что-то, что ещё не испытывал никогда до этого. Люди, кажется, называют это сожалением. Я сожалел, что единственного человека, не вызывающего во мне того отторжения, что остальные, не стало. А с другой стороны, я был втайне рад. Прошло бы ещё немного времени, и Стив бы изменил меня, сломал, сам того не подозревая. А я этого не мог себе позволить.
Через несколько недель Леон всё же уехал на могилу Маелза. Я посмеивался над ним, но не больше того, что мне было дозволено. Так как, однажды, я Леона разозлил. Он посмотрел на меня безумными глазами. Он встал. А через секунду я лёг. Через две уже был без сознания. В Леоне остались какие-то человеческие качества, несмотря на то, что он потерял в жизни не меньше нас с Реем, и, наверное, это было достойно уважения. Только не моего.
Рей тоже пропал, но, в отличие от отъезда Леона, я не знал, куда делся этот змеёныш. Его не было неделю. Мне было плевать. Леон пытался что-нибудь разузнать, после приезда, но тщетно. Рея не было две недели. И это было непривычно. Леон беспокоился, но пытался это скрыть. Однако то, как тряслись его руки, когда он что-то пил или нюхал, выдавало его волнение.
В тот день лил дождь, как из прорвавшейся дамбы. Я не успел найти, с кем провести этот вечер, поэтому пришлось проводить его с Леоном. Мы перепробовали уже десять дел, и ни одно не увлекло нас. Мы даже играли в карты на раздевание, с вытекающими последствиями, но, когда Леон остался в одних трусах, мы поняли, что если сейчас переспим – наутро будет тошнить обоих. Причём долго. Леон был единственным человеком, с которым не то, что трахаться, целоваться в голову не приходило. По крайней мере, в трезвую. По пьяни – не то. По пьяни я не я.
Раздался звонок в дверь. Я встал и подошёл к ней, открыл. Передо мной стоял мокрый насквозь Рей. Его подбородок, нос и бровь были в крови. Его лицо скривилось, как перед плачем, и он упал на колени. Он обхватил мои ноги просто нечеловечески сильной хваткой. Он прокричал:
-Дэни.
Он зарыдал:
-Прошу, не оставляй меня, Дэни. Прошу!
*Наркотик, получаемый на основе эфедрина
Эфедрин - белые игольчатые кристаллы или белый кристаллический порошок горького вкуса. Легко растворим в воде, растворим в спирте.
По периферическому симпатомиметическому действию эфедрин близок к адреналину. Психические симптомы: настроение повышается, теряется чувство времени, хочется много говорить, общаться с людьми. По окончании действия эфедрина наступает резкий спад самочувствия и настроения, отмечаются слабость, разбитость и вялость, появляется раздражительность, озлобленность, сильная депрессия.